Период: Октябрь 2012

Пищевая сода Наводим красоту

Пищевая сода веками используется в кулинарии и хозяйственных работах. Но мало кому приходит в голову, что ее с успехом можно применять в косметических целях. И совершенно напрасно. Читать дальше »

Категории: Красота и здоровье

Печеночный паштет с черносливом МММММММ язык можно проглотить)))

Очень люблю печеночный паштет... особенно тот.. который колбаской.. скрученный и с маслом посерединке.. мммм... вкусненько..

Но последние пару раз, когда муж покупал его... там печенью и не пахло.. и стали попадаться какие то плевы... кусочки земли и всякой гадости... фууууууу.. да и прочитала.. в составе.. что мое сливочное масло.. оказалось маргарином

решила сама сделать... порыскала по инету... поискала в СМ... оказывается все просто.. и быстро..

изменила немного средний рецептик.. и опля... вот.. шедеврально вкусняче и просто

Итак.. варим горстку чернослива.. минут 10


в отдельной кастрюльке варим 1 кг печени, я варила с куриной, добавляем туда среднюю морковку.. порезаную на крупные кусочки, большую луковицу порезаную на 4 части... и лавровый лист я варила около получаса..
выкидываем лавруху.. остужаем до теплого).. пока все очень теплое (не горячее), прокручиваем на мясорубке
в чашке уже должен лежать кусочек масла сливочного... примерно 200гр
массу посолить (должно быть немного соленее чем обычно) перемешать хорошо.. должно получится так
подготавливаем подносик, но можно и большую разделочную доску, обматываем ее пищевой пленкой

выкладываем свое художество на подносик... размазываем слоем не тонким.. примерно на см 3-4. Режем холодное масло квадратными палочками.. примерно так..
выкладываем на массу с краю... примерно 3 см до него..
сворачиваем за пакетик вот так
получается такя колбасень

на два часа в холодильник.. и все.. красотень.. вкуснотень

очень вкусно.. и колбаски этой хватает почти на неделю.. только хранить ее нужно в самом холодном месте.. в моем случае.. около дальней стенки холодильника...

Да и муж предложил пару новаторств.. итак первое.. не закручивать в пленку.. а запихнуть сие творение в баночку с крышечкой.. и повтыкать туда маслице столбиком... а второе новторство.. так это делать на пол кг печени... так как занимает место немало... и естся неделю почти.. говорит.. лучше постоянно свеженько делать... я за в следующий раз учту его пожелания

Приятного аппетита Угощайтесь!!! Читать дальше »

Категории: Дом и уют

Модные платья осень-зима 2011-2012


Что касаeтся модных в осеннем сезоне платьев, тут будут преобладать мягкие силуэты и натуральные материалы. Особенно популярны будут приталенные трикотажные платья и туники с v образным вырезом, силуэта песочные часы, похожие на те что носили наши мамы. Они могут быть с длинным или коротким рукавом, облегающие или свободного кроя. Самая актуальная длина таких платьев до колена. Линию талии можно подчеркнуть изящным кожаным или бархатным ремешком. Это сделает образ еще более женственным и изящным.

Выбирая цвет платья осенью 2011 года предпочтение стоит отдать приглушенным оттенкам или классическим цветам: коричневому, черному, красному, бежевому, серому. В 2012 году дизайнеры предлагают на выбор как приталенные модели, так и свободные, напоминающие своей формой кокон.

Мода на вязаные платья захлестнувшая нас этой весной сохранится и в осенне-зимнем сезоне 2011-2012 года. Наравне с ажурной вязкой в модной тенденции будут платья из букле и мягкой ангоры. Особенно популярны будут модели из натуральных тканей: хлопка, льна и шелка. Длина таких платьев варьируется от мини до супер-макси. А линию талии рекомендуется подчеркнуть тонким ремешком.



Тренды сезона: новое – это хорошо забытое старое.

Иногда совсем неожиданно для себя вы найдете глубоко в шкафу давно забытую юбку, штаны, кофту, что угодно. И может оказаться, что это актуально именно сейчас как никогда. Ведь как не крути, а мода постоянно возвращается. Что-то новое – это хорошо забытое старое, только с новым дополнением. Этот сезон не стал исключением …
Давно забытая плиссировка снова в моде, особенно длинная юбка плиссе или платье не оставят равнодушными не одну модницу в этом сезоне. Длина макси полюбится даже тем, кто раньше ее не признавал. Оказывается, при правильно подобранном сочетании цвета и аксессуаров вы можете выглядеть неотразимо.
Каждый сезон модельеры и стилисты предлагают новые тренды, обрушивая на наши бедные головы массу соблазнительных образов. К 2012 году нас вновь захлестнет волна ретромании. На этот раз фаворитами сезона стали стиль семидесятых, винтаж и элегантность. Читать дальше »

Категории: Стиль и мода

Как же научить своего мужчину выбирать нижнее бель )

как же научить своего мужчину выбирать нижнее бельё? ;)

Правило первое:
Бренд решает. Вы привыкли к тому, что бельё Вашей любимой фирмы всегда сядет на Вас идеально даже без примерки, если Вы знаете свой размер и подходящую форму.

Более того, коллекции брендов, как правило, выдержаны в одном стиле, а значит, можно быть уверенной в том, что Вы не получите что-то слишком откровенное или наоборот пуританское.

Поэтому самый простой вариант – дать ему всего две переменных: бренд и размер.
Но есть и более сложные варианты

Правило второе:
В мире белья есть много цветов, помимо красного и чёрного (а мы помним, что эти цвета мужчины считают самыми сексуальными) и неплохо бы напомнить об этом мужчине (особенно если красный сексуальный комплект сейчас не входит в Ваши планы.

Если подаренный любимым комплект розового, голубого или зелёного цвета, - поздравляем, у Вас мужчина с нетрадиционным мышлением.

Правило третье:
Ткани. Дайте мужчине понять, что кокетливый хлопковый комплектик – это на каждый день, шёлк или кружево для особенных вечеров вдвоём, а кожаный бюстгальтер – на один раз, для экспериментов, а для ежедневной носки вообще не пригоден. Читать дальше »

Категории: Стиль и мода

Три стадии развития мальчиков 14 и старше становясь мужчиной

три стадии развития мальчиков: 14 и старше — становясь мужчиной
Примерно в возрасте четырнадцати лет начинается новая стадия отрочества. Как правило, в этом возрасте мальчики заметно вытягиваются в росте, но и в организме происходит разительная перемена: уровень тестостерона повышается почти на 800 процентов!

Хотя все индивидуально, но в этом возрасте у них есть нечто общее: они становятся

более упрямыми,
беспокойными,
у них часто меняется настроение.

И не то чтобы они меняются в худшую сторону, просто в них рождается новая личность, а рождение всегда предполагает борьбу. Им необходимо найти ответы на серьезные вопросы, окунуться в новые приключения, поставить перед собой новые цели, определить приоритеты на будущее – а между тем внутренние часы торопят их жить.

Я полагаю, что именно в этом возрасте мы в большей степени теряем контакт с детьми. Так уж повелось, что мы предъявляем к подросткам стандартный набор требований:

побольше усердия в школе,
побольше работы по дому.

Но подростку требуется нечто большее. Он и гормонально, и физически рвется во взрослый мир, а мы хотим задержать его в детстве еще лет на пять-шесть! Неудивительно, что возникают проблемы.

А на самом деле нужно поднять мальчишке дух – направить его азарт в творческое русло, дать ему возможность расправить крылья. Все беды, которые являются родителям в виде ночных кошмаров (подростковый авантюризм, алкоголь, наркотики, криминал), происходят от того, что мы не находим каналов для выплеска подростковой жажды славы и геройства. Мальчишки смотрят на взрослый мир и не видят ничего, во что им хотелось бы верить или участвовать. Даже их протест оказывается упакованным и предлагается как товар рекламодателями и музыкальной индустрией. Ребятам хочется прорваться туда, где чище и лучше, но такое место не просматривается.
Как поступали древние

В любой цивилизации – от эскимосов до африканских племен, во все времена и на всех континентах мальчики-подростки получали особое внимание и заботу со стороны всей общины. Древние культуры знали – а мы только еще начинаем этому учиться, – что родители не могут воспитать мальчиков-подростков без помощи других взрослых, которым можно доверять и которые проявляют желание участвовать в процессе воспитания на долгосрочной основе.

Одна из причин такого подхода заключается в том, что четырнадцатилетние сыновья и их отцы доводят друг друга до бешенства. Зачастую отец способен лишь любить сына. Но любить и обучать уже не получается. (Помните, как ваш отец учил вас водить машину?) Почему-то двое мужчин непременно сталкиваются лбами, и это лишь усугубляет проблему. Если же кто-то посторонний приходит на помощь, отцы и сыновья становятся гораздо спокойнее. (На эту тему даже снято несколько фильмов – например, «В поисках Бобби Фишера» и «Поездка за город» с Албертом Финни в главной роли.)

Традиционно практиковались два метода, помогавшие юноше войти во взрослую жизнь.

Во-первых, подростков брали под крыло и наставляли на путь истинный взрослые мужчины, которые могли обучить их ремеслу.
Во-вторых, на определенных этапах наставничества старейшины рода или племени проводили посвящение юношей в таинства профессии. Этот процесс предполагал серьезные испытания, имевшие целью приобщение мальчиков к взрослой жизни.

Посвящение в племенах лакотов

Коренные жители Америки лакоты, должно быть, известны вам по фильму «Танцы с волками». Это было племя энергичных и успешных людей, с богатой культурой, отмеченное особенно теплыми отношениями между мужчинами и женщинами.

Примерно в возрасте четырнадцати лет мальчики-лакоты подвергались своеобразному испытанию на прочность, так называемому тесту на видение. Мальчик должен был забраться на вершину горы и сидеть там в ожидании видений или галлюцинаций, вызванных чувством голода. Предполагалось, что видение предстанет в образе некоего небесного существа, которое станет вести мальчика по жизни. Пока мальчик дрожал на вершине горы, до него доносилось из темноты грозное рычание горных львов. На самом деле эти звуки издавали мужчины племени, которые обеспечивали безопасность ребенка. Мальчики были слишком ценным материалом для племени, и подвергать их бессмысленному риску никто не собирался.

Когда подросток возвращался в племя, его успех шумно отмечался. Но, начиная с этого дня и в течение целых двух лет, ему не разрешалось разговаривать со своей матерью.

Матери в племени лакотов, как и женщины всех племен охотников-собирателей, очень близки и нежны со своими детьми, и дети зачастую так и спят вместе с ними в хижинах. Лакоты полагали, что, если мальчик заговорит с матерью сразу же после обряда посвящения в мужчину, соблазн вернуться в детство будет слишком велик и он опять окажется в женском мире и никогда не вырастет.

По прошествии двух лет происходила церемония воссоединения матери и сына, но к этому времени сын уже был мужчиной, и его отношение к матери соответствовало его новому статусу. Женщины, которые слышали это предание из моих уст, находили его очень трогательным, одновременно и грустным, и радостным. Матери племени лакотов сознательно отпускали своих детей, уверенные в том, что взамен они получат любовь, уважение и дружбу со стороны своих уже взрослых сыновей.

Резким контрастом с обычаями племени лакотов выступают современные отношения между матерями и сыновьями, которые (как подчеркивает Баббетт Смит в книге «Матери и сыновья») зачастую остаются

стеснительными,
инфантильными
и безразличными.

Сыновья боятся сохранять близость к матери и вместе с тем, уже становясь мужчинами, все равно не могут оторваться от материнской опеки. Они переносят свое зависимое положение на отношения с любой другой женщиной. Не прошедшие обряда посвящения в мужское братство, они не доверяют мужчинам и не верят в мужскую дружбу. Они не хотят брать на себя обязательства перед женщинами, опасаясь, что к ним опять будут относиться по-матерински и контролировать. Так и появляются «никакие» мужчины.

Только покинув женский мир, молодые люди могут разорвать материнскую оболочку и начать относиться к женщинам по-взрослому. Бытовая жестокость, измены, неудачи в супружеской жизни совсем не обязательно являются результатом проблем с женщинами, причина как раз в том, что мальчики не прошли положенный путь трансформации.

Вы можете усомниться в том, что в древние времена матери, да и отцы тоже, без опаски отдавали своих сыновей в чужие руки. Но на самом деле оснований бояться не было. В качестве наставников выступали мужчины, которых хорошо знали и которым доверяли. Женщины понимали и приветствовали эту помощь, поскольку интуитивно чувствовали ее необходимость. Выпуская из семьи проблемного мальчика-подростка, они получали назад зрелого и самодостаточного молодого мужчину, которым наверняка потом гордились.

Посвящение во взрослую жизнь нельзя было назвать одноразовым мероприятием. Иногда требовались месяцы, чтобы обучить мальчика вести себя по-мужски, брать на себя ответственность, чтобы он набрался сил, стал настоящим мужчиной. Мы не слишком хорошо осведомлены о подробностях таких обрядов. Иногда они бывали жестокими и страшными (и мы ни в коем случае не хотим повторения), но проводились они с определенной целью, продуманно, и результаты были впечатляющими.

Суммируя опыт наших предков, можно сказать: выживание любого племени зависело от воспитания знающих и ответственных молодых людей. Это был вопрос жизни и смерти, и относились к нему со всей серьезностью. Каждое общество вырабатывало свою программу воспитания молодых людей, предполагающую объединение усилий всего взрослого населения.
В современном мире

Сегодня наставничество чаще всего отсутствует или существует в эпизодическом виде. Сами наставники – спортивные тренеры, родственники, учителя, начальники – редко понимают свою роль и, как правило, исполняют ее плохо. Наставничество обычно проводилось на рабочем месте, в рамках программы овладения трудовыми навыками и совершенствования мастерства. Все это осталось в прошлом. Работая по выходным в местном супермаркете, юноша вряд ли встретит там наставника.
Призывая на помощь других

В возрасте от четырнадцати до двадцати с небольшим лет мальчик переходит во взрослый мир, постепенно отдаляясь от родителей. Родители сознательно отступают на второй план, не выпуская ребенка из поля зрения. Именно в эти годы мальчик строит свою жизнь, отдельную от семьи. У него появляются

учителя, которых вы едва знаете,
интересы, вам неведомые,
и цели, в достижении которых вы вряд ли сможете ему помочь.

Картина довольно пугающая.

Подросток четырнадцати-шестнадцати лет совсем не готов к тому, чтобы оказаться один на один со взрослым миром. Ему нужны проводники в этот мир, и именно эту роль выполняют наставники. Мы не имеем права оставлять юношей без присмотра. Но наставник – это больше, чем учитель или спортивный тренер: между ним и ребенком складываются особые доверительные отношения. Шестнадцатилетний подросток не всегда слушается родителей – хотя бы из чистого упрямства. Но с наставником совсем другое дело. Подростковый возраст – пора «восхитительных ошибок», и задача наставника отчасти состоит в том, чтобы не допустить фатальных ошибок.

Родители должны позаботиться о подборе наставника, руководствуясь строгими критериями. В этом плане очень помогает принадлежность к сильной общественной группировке – скажем, к

активной церкви,
семейному спортивному клубу,
общинной школе,
коллективу друзей, которые по-настоящему заботятся друг о друге.

Вам действительно нужны друзья, которые будут выполнять роль заботливых дядюшек и тетушек, опекающих детей и участвующих в их воспитании. Друзья могут

вести беседы с вашими детьми,
расспрашивать об их интересах,
обмениваться с ними мнениями.

Идеально, если ваши дети станут желанными гостями в их домах, – если ваши друзья смогут иногда прочистить им мозги, а дети, в свою очередь, смогут поплакаться им в жилетку, когда в отношениях с родителями возникает некоторое напряжение. (Многим знакомы ситуации, когда после перепалки с матерью дочь-подросток бежит жаловаться к маминой лучшей подруге. Вот для чего нужны друзья!)

Кстати, вы тоже можете оказать такую помощь детям ваших друзей. Тинейджеры прелестны, если только это не ваши собственные дети!
Затворничество опасно

Тинейджеры очень страдают, когда их родители живут обособленной жизнью. Я это знаю не понаслышке. Когда мои родители эмигрировали в Австралию, они, и без того люди стеснительные, стали еще более замкнутыми. Им так и не удалось найти друзей и свою компанию, в которую смогли бы влиться и мы, дети. В результате, когда мы с сестрой достигли подросткового возраста, у нас возникли большие проблемы с вхождением в большой мир, были и драматические, и рискованные моменты.

У некоторых подростков на этой почве развиваются душевные болезни, суицидальные наклонности, анорексия. А у кого-то возникает сильнейший протест против изоляции, и тогда подростки втягиваются в плохие компании, приобщаясь к наркотикам, криминалу, сексуальным извращениям. Если у вас есть дети-подростки, вы непременно должны

заставлять себя выходить в свет,
общаться с людьми,
создавать социальный круг, в котором могли бы вращаться и ваши дети.

Затворничество не способствует правильному воспитанию ребенка.
Если нет наставника

Если рядом нет наставника, юноша может столкнуться с множеством проблем на своем пути во взрослую жизнь. Он может ввязаться в бесполезную борьбу со своими родителями в попытках самоутвердиться и отстоять собственную независимость. А может впасть в депрессию и обособиться. Детям этого возраста приходится искать ответы на очень сложные вопросы – о сексе, выборе карьеры, об отношении к наркотикам и алкоголю.

Если мать и отец по-прежнему уделяют ребенку много времени, живут его интересами, он охотно делится с ними своими мыслями и сомнениями. Но иногда у подростка возникает потребность поговорить и с другими взрослыми. В ходе одного исследования было выявлено, что наличие взрослого друга вне рамок семьи уберегает подростка от преступных связей. (Разумеется, если только этот друг сам не является криминальным элементом.)

Молодые люди стараются сами выбрать свой жизненный путь. Они могут найти свой интерес в религии, могут увязнуть в Интернете, увлечься музыкой или спортом, серфингом или роком. Если мы не сможем организовать детей по интересам, они сами создадут свои группировки. Но проблема в том, что эти группировки могут стать лишь сообществом одиноких сердец и никаких навыков и знаний дети в них не получат. Многие мальчишеские компании основаны лишь на хлипких связях, а общности интересов и поддержки в них нет.

Хуже всего, если мы бросим подростков на произвол судьбы. Вот почему нам просто необходимы по-настоящему профессиональные учителя, спортивные тренеры, лидеры скаутских организаций, молодые рабочие – в общем, взрослые люди, заинтересованные в подрастающем поколении. Нам нужны люди, которые могут внести порядок в жизнь подростков.

Сегодня наиболее активны в процессе воспитания матери, а отцовство еще только возрождается. И пока еще в обществе остается проблемой найти хороших наставников.
Коротко о главном

1. В период от рождения до шести лет мальчикам необходимо много внимания и нежности, чтобы они научились любить. Беседуя с ними, обучая, мы помогаем им войти в этот мир. Как правило, лучше всех с этой ролью справляется мать, хотя и отец может принимать участие в процессе.

2. Примерно в возрасте шести лет мальчик начинает выказывать большой интерес ко всему мужскому, и отец становится главным родителем. Важно, сколько времени и внимания он будет уделять сыну. Роль матери по-прежнему важна, и она не должна отдаляться от сына лишь потому, что он стал старше.

3. С четырнадцати лет мальчикам необходимы наставники – взрослые, которые проявляют персональную заботу о них и помогают постепенно продвигаться в большой мир. В древних цивилизациях был принят обряд посвящения, и наставничество являлось непременным атрибутом воспитания.

4. Одинокие матери могут хорошо воспитать мальчика, но им нужно внимательно подойти к вопросу выбора мужчины в качестве достойной модели для подражания. Кроме того, одиноким матерям следует больше времени уделять заботе о собственном здоровье (поскольку они выполняют работу за двоих).

Автор: Стив Биддалф Читать дальше »

Категории: Материнство

Перепела

Доброго времени суток прекрасная группа, самых прекрасных мам!

Всего сорок лет назад в нашей стране начали разводить перепелов, а популярность этого вида домашней птицы уже сопоставима с курами и гусями. И это неудивительно, ведь перепела – один из наиболее выгодных видов птицы, способной приносить в два раза больше прибыли, чем было затрачено на непосредственное выращивание перепелов. А причиной тому стало высочайшее качество перепелиного мяса и яиц, их диетическая ценность. Недаром долгое время перепелиные яйца считались деликатесом, доступным лишь избранным. Сегодня каждый птицевод может заняться разведением перепелов самостоятельно.

Наиболее популярны яичные породы перепелов, такие как белая английская, смокинговая, маньчжурская золотистая, голубая мраморная, но и мясная порода фараон находит своих поклонников. Невозможно добиться высоких результатов, разводя перепелов, если не создать им нужные условия для размножения и роста. Содержание перепелов лучше всего производить в клетках, хотя в летнее время можно выпускать их в открытые вольеры, расположенные на улице. На полу клеток или вольеров должна располагаться подстилка: сено или опилки. Копаясь в подстилке в поисках пищи, перепела разминаются, что благоприятно сказывается на их яйценоскости, да и вес они набирают быстрее. Важно, чтобы температура в помещении, где содержатся перепела, была довольно высокой, в пределах 13-16 градусов. При сильном снижении температуры, перепела перестают нестись.

Птицеводу, занимающемуся разведением перепелов, необходимо знать, что перепела крайне критичны к качеству воды и корма. Вода должна меняться на протяжении всего дня несколько раз, так как застаивание или загрязнение воды недопустимо. Идеально подходят автоматические поилки, обеспечивающие постоянную смену воды. Так как из поилок пьют не только взрослые птицы, то уровень воды в поилке должен быть не слишком высоким во избежание гибели птенцов. В корм – дробленые зерна пшеницы, нужно подсыпать минеральные добавки: мел, молотые раковины, рыбную муку. Эти добавки позволяют значительно повысить яйценоскость перепелов.

Перепела – чистоплотные птицы, поэтому уборку в клетках рекомендуется производить регулярно. Кроме того, в клетках перепелов должна находиться миска или иной сосуд с песком. Песочные ванны, которые принимают перепела, способствуют избавлению от паразитов. Для проветривания помещения отлично подойдет этап уборки помета и раздачи корма в кормушки. Проветривание позволяет обеспечить перепелов свежим воздухом и поддерживать температуру на необходимом уровне. Однако проветривание ни в коем случае не должно сопровождаться сквозняком.

Перепела начинают нестись на второй месяц жизни, поэтому разведение перепелов можно начать с покупки особей в возрасте 1-2 месяцев и сразу получать результат. Так как перепела мало приспособлены для высиживания птенцов, для получения молодняка вам понадобится домашний инкубатор. Однако ряд птицеводов, занимающихся разведением перепелов, предпочитает покупать молодых особей, а не выводить их самостоятельно. В таком случае вам потребуется минимум оборудования. Перепелов породы фараон лучше всего забивать в возрасте 2-3 месяцев, так как по достижении этого возраста птицы перестают расти и набирать вес. Яичные породы наиболее продуктивны в возрасте до одного года, когда их также лучше забить на мясо и купить новых птиц.

Разведение перепелов (перепеловодство) — это выгодный и прибыльный бизнес. Одна особь способна приносить в год до 300 первоклассных яиц, пользующихся огромным спросом. А, учитывая неприхотливость перепелов, их устойчивость к различного рода болезням и возможность содержать в одной клетке несколько десятков особей, делает выращивание перепелов делом, которое по силам пенсионерам и простым птицеводам-любителям. Купленный молодняк способен окупиться уже в течение нескольких месяцев и начать приносить прибыль. Не говоря уже о том, что вы будете обеспечены великолепным диетическим продуктом – перепелиным мясом и яйцами. Читать дальше »

Категории: Дом и уют

ОТ КАКИХ ВЕЩЕЙ В ГАРДЕРОБЕ СТОИТ ИЗБАВИТЬСЯ

Существует несколько категорий вещей, которые вы можете без сожаления убрать из своего гардероба.

Первая категория – вещи с дефектами.

Рваные, погрызенные молью, закатавшиеся, растянутые, севшие после стирки – словом, потерявшие товарный вид. Если вещь очень удобная и вы категорически не хотите с ней расставаться, то можете переложить ее из шкафа куда-нибудь в другое место или увезти на дачу. Она пригодится, если вы будете делать ремонт или выполнять какую-нибудь грязную работу по дому.

Вторая категория – вещи, которые давно вышли из моды.

Конечно, речь идет не о так называемых «винтажных» экземплярах. Если это свадебное платье вашей бабушки, то оно вполне может еще вам пригодиться - при условии, что у него нет дефектов. Но копеечная блузка, которую вы купили на рынке лет десять назад, если вы вздумаете ее надеть, будет вызывать недоуменные взгляды прохожих. Зачем она вам?

Третья категория – вещи, которые вам малы.

Многие продолжают хранить их в шкафах в надежде, что когда-нибудь похудеют, но чаще всего этого так и не случается. К тому же пока вы будете ждать похудания, вещь наверняка выйдет из моды. Поэтому от таких вещей избавляемся без сожаления.

Четвертая категория – вещи, которые вам не идут.

Ну, бывает, купишь вещь, а потом в ней разочаровываешься. Или вам ее подарили, скажем, на день рождения, а она не подошла. Зачем ей занимать место в шкафу?

Пятая категория – вещи, которые вы не носите.

Случается так, что вещь вроде всем хороша, а вот надевать ее нас как-то не тянет. Или когда-то носили ее, а сейчас нет. Или нет случая, чтобы ее надеть. Есть правило – если вещь год провисела в шкафу ни разу не надетой, от нее стоит избавиться.

Шестая категория – «одноразовые» вещи.

Вы когда-то купили или сшили вещь, чтобы надеть ее, скажем, на выпускной вечер или на другое мероприятие. Она выполнила свою функцию, но куда ее можно носить еще, вы не знаете, слишком специфически она выглядит, слишком экстремальной расцветки, покроя и т. д. Конечно, вы можете оставить ее в шкафу, но она просто будет занимать там место.

Помните:

В вашем гардеробе должны находиться только те предметы одежды, которые вы носите постоянно или от случая к случаю. Тогда шкаф не будет захламлен. Читать дальше »

Категории: Стиль и мода

Перекусы

перекусы
Жизнь настолько стремительна, что очень сложно найти время для полноценного обеда. Что делать, когда очень хочется есть, нет времени и не хочется портить свой организм «фастфудным мусором»? Есть несколько простых и сытных блюд, которые помогут вам справиться с голодом и не повредят организму.

* Козий сыр + салат «Айсберг»

Один из интересных салатов - «Айсберг», он внешне похож на белокочанную капусту. Салат очень полезен, богат фолиевой кислотой, которая так необходима для укрепления нервной системы, особенно беременным и кормящим мамам. Вместо хлеба положите козий сыр (он усваивается легче, чем сыр из коровьего молока, особенно в сочетании со свежей зеленью) или брынзу на лист салата, посыпьте его любимыми специями. Также можно съесть что-то из молочного или рыбу.

* Тосты с авокадо

Хлеб очень хорошо сочетается с авокадо. К мякоти авокадо добавьте немного лимонного сока, соли и перца. Этим кремом намажьте подсушенный в тостере хлеб из пророщенной пшеницы или зерновые хлебцы. Можно к этому перекусу добавить крупы.

* Шпинат и зеленая фасоль со сливками

Быстрый горячий вариант, на его приготовление уйдет совсем немного времени. Мороженый шпинат и фасоль промойте холодной водой и отправьте тушиться в небольшом количестве воды. Можно также добавить репчатый лук или чеснок. Когда шпинат и фасоль будут готовы, добавьте к ним сливки, соль и потушите все вместе еще пару минут. Можно добавить овощи или сыр.

* Ореховое молоко

Приготовление орехового молока занимает не больше пяти минут. Это отличный напиток, который сочетается с другими продуктами. Для более сытного перекуса смешайте в блендере ореховое молоко с бананом или финиками.

* Авокадо + фрукты

Смузи с авокадо - идеальный вариант, когда хочется чего-то сочного, но более сытного, чем просто фрукты. Бананы в сочетании с авокадо станут достаточно сытным, но при этом легким перекусом. Можно добавить фрукты и зелень.

Приятного перекуса! Читать дальше »

Категории: Дом и уют

Первый подарок готов

Ну вот я учла опыт прошлых ошибок http://www. stranamam. ru/post/2448584/ и моя поделка переходит в статус подарка, которые я уже начала готовить на 8 марта своим девчонкам.

Открыть в полный размер Читать дальше »

Категории: Дом и уют

Травмы поколений статья от психолога Людмилы Петрановской

травмы поколений/ статья от психолога людмилы петрановской
Людмила Петрановская, психолог: Как же она все-таки передается, травма? Понятно, что можно всегда все объяснить «потоком», «переплетениями», «родовой памятью» и т. д., и, вполне возможно, что совсем без мистики и не обойдешься, но если попробовать? Взять только самый понятный, чисто семейный аспект, родительско-детские отношения, без политики и идеологии. О них потом как-нибудь.

Живет себе семья. Молодая совсем, только поженились, ждут ребеночка. Или только родили. А может, даже двоих успели. Любят, счастливы, полны надежд. И тут случается катастрофа. Маховики истории сдвинулись с места и пошли перемалывать народ. Чаще всего первыми в жернова попадают мужчины. Революции, войны, репрессии – первый удар по ним.

И вот уже молодая мать осталась одна. Ее удел – постоянная тревога, непосильный труд (нужно и работать, и ребенка растить), никаких особых радостей. Похоронка, «десять лет без права переписки», или просто долгое отсутствие без вестей, такое, что надежда тает. Может быть, это и не про мужа, а про брата, отца, других близких. Каково состояние матери? Она вынуждена держать себя в руках, она не может толком отдаться горю. На ней ребенок (дети), и еще много всего. Изнутри раздирает боль, а выразить ее невозможно, плакать нельзя, «раскисать» нельзя. И она каменеет. Застывает в стоическом напряжении, отключает чувства, живет, стиснув зубы и собрав волю в кулак, делает все на автомате. Или, того хуже, погружается в скрытую депрессию, ходит, делает, что положено, хотя сама хочет только одного – лечь и умереть. Ее лицо представляет собой застывшую маску, ее руки тяжелы и не гнутся. Ей физически больно отвечать на улыбку ребенка, она минимизирует общение с ним, не отвечает на его лепет. Ребенок проснулся ночью, окликнул ее – а она глухо воет в подушку. Иногда прорывается гнев. Он подполз или подошел, теребит ее, хочет внимания и ласки, она когда может, отвечает через силу, но иногда вдруг как зарычит: «Да, отстань же», как оттолкнет, что он аж отлетит. Нет, она не него злится – на судьбу, на свою поломанную жизнь, на того, кто ушел и оставил и больше не поможет.

Только вот ребенок не знает всей подноготной происходящего. Ему не говорят, что случилось (особенно если он мал). Или он даже знает, но понять не может. Единственное объяснение, которое ему в принципе может прийти в голову: мама меня не любит, я ей мешаю, лучше бы меня не было. Его личность не может полноценно формироваться без постоянного эмоционального контакта с матерью, без обмена с ней взглядами, улыбками, звуками, ласками, без того, чтобы читать ее лицо, распознавать оттенки чувств в голосе. Это необходимо, заложено природой, это главная задача младенчества. А что делать, если у матери на лице депрессивная маска? Если ее голос однообразно тусклый от горя, или напряжено звенящий от тревоги?

Пока мать рвет жилы, чтобы ребенок элементарно выжил, не умер от голода или болезни, он растет себе, уже травмированный. Не уверенный, что его любят, не уверенный, что он нужен, с плохо развитой эмпатией. Даже интеллект нарушается в условиях депривации. Помните картину «Опять двойка»? Она написана в 51. Главному герою лет 11 на вид. Ребенок войны, травмированный больше, чем старшая сестра, захватившая первые годы нормальной семейной жизни, и младший брат, любимое дитя послевоенной радости – отец живой вернулся. На стене – трофейные часы. А мальчику трудно учиться.

Конечно, у всех все по-разному. Запас душевных сил у разных женщин разный. Острота горя разная. Характер разный. Хорошо, если у матери есть источники поддержки – семья, друзья, старшие дети. А если нет? Если семья оказалась в изоляции, как «враги народа», или в эвакуации в незнакомом месте? Тут или умирай, или каменей, а как еще выжить?

Идут годы, очень трудные годы, и женщина научается жить без мужа. «Я и лошадь, я и бык, я и баба, и мужик». Конь в юбке. Баба с яйцами. Назовите как хотите, суть одна. Это человек, который нес-нес непосильную ношу, да и привык. Адаптировался. И по-другому уже просто не умеет. Многие помнят, наверное, бабушек, которые просто физически не могли сидеть без дела. Уже старенькие совсем, все хлопотали, все таскали сумки, все пытались рубить дрова. Это стало способом справляться с жизнью. Кстати, многие из них стали настолько стальными – да, вот такая вот звукопись – что прожили очень долго, их и болезни не брали, и старость. И сейчас еще живы, дай им Бог здоровья.

В самом крайнем своем выражении, при самом ужасном стечении событий, такая женщина превращалась в монстра, способного убить своей заботой. И продолжала быть железной, даже если уже не было такой необходимости, даже если потом снова жила с мужем, и детям ничего не угрожало. Словно зарок выполняла.

Ярчайший образ описан в книге Павла Санаева «Похороните меня за плинтусом».

А вот что пишет о «Страшной бабе» Екатерина Михайлова («Я у себя одна» книжка называется): «Тусклые волосы, сжатый в ниточку рот…, чугунный шаг… Скупая, подозрительная, беспощадная, бесчувственная. Она всегда готова попрекнуть куском или отвесить оплеуху: «Не напасешься на вас, паразитов. Ешь, давай!»…. Ни капли молока не выжать из ее сосцов, вся она сухая и жесткая…» Там еще много очень точного сказано, и если кто не читал эти две книги, то надо обязательно.

Самое страшное в этой патологически измененной женщине – не грубость, и не властность. Самое страшное – любовь. Когда, читая Санаева, понимаешь, что это повесть о любви, о такой вот изуродованной любви, вот когда мороз-то продирает. У меня была подружка в детстве, поздний ребенок матери, подростком пережившей блокаду. Она рассказывала, как ее кормили, зажав голову между голенями и вливая в рот бульон. Потому что ребенок больше не хотел и не мог, а мать и бабушка считали, что надо. Их так пережитый голод изнутри грыз, что плач живой девочки, родной, любимой, голос этого голода перекрыть не мог.

А другую мою подружку мама брала с собой, когда делала подпольные аборты. И она показывала маленькой дочке полный крови унитаз со словами: вот, смотри, мужики-то, что они с нами делают. Вот она, женская наша доля. Хотела ли она травмировать дочь? Нет, только уберечь. Это была любовь.

А самое ужасное – что черты «Страшной бабы» носит вся наша система защиты детей до сих пор. Медицина, школа, органы опеки. Главное – чтобы ребенок был «в порядке». Чтобы тело было в безопасности. Душа, чувства, привязанности – не до этого. Спасти любой ценой. Накормить и вылечить. Очень-очень медленно это выветривается, а нам-то в детстве по полной досталось, няньку, которая половой тряпкой по лицу била, кто не спал днем, очень хорошо помню.

Но оставим в стороне крайние случаи. Просто женщина, просто мама. Просто горе. Просто ребенок, выросший с подозрением, что не нужен и нелюбим, хотя это неправда и ради него только и выжила мама и вытерпела все. И он растет, стараясь заслужить любовь, раз она ему не положена даром. Помогает. Ничего не требует. Сам собой занят. За младшими смотрит. Добивается успехов. Очень старается быть полезным. Только полезных любят. Только удобных и правильных. Тех, кто и уроки сам сделает, и пол в доме помоет, и младших уложит, ужин к приходу матери приготовит. Слышали, наверное, не раз такого рода расказы про послевоенное детство? "Нам в голову прийти не могло так с матерью разговаривать!" -- это о современной молодежи. Еще бы. Еще бы. Во-первых, у железной женщины и рука тяжелая. А во-вторых -- кто ж будет рисковать крохами тепла и близости? Это роскошь, знаете ли, родителям грубить.

Травма пошла на следующий виток.
***
Настанет время, и сам этот ребенок создаст семью, родит детей. Годах примерно так в 60-х. Кто-то так был «прокатан» железной матерью, что оказывался способен лишь воспроизводить ее стиль поведения. Надо еще не забывать, что матерей-то многие дети не очень сильно и видели, в два месяца – ясли, потом пятидневка, все лето – с садом на даче и т. д. То есть «прокатывала» не только семья, но и учреждения, в которых «Страшных баб» завсегда хватало.

Но рассмотрим вариант более благополучный. Ребенок был травмирован горем матери, но вовсе душу ему не отморозило. А тут вообще мир и оттепель, и в космос полетели, и так хочется жить, и любить, и быть любимым. Впервые взяв на руки собственного, маленького и теплого ребенка, молодая мама вдруг понимает: вот он. Вот тот, кто наконец-то полюбит ее по-настоящему, кому она действительно нужна. С этого момента ее жизнь обретает новый смысл. Она живет ради детей. Или ради одного ребенка, которого она любит так страстно, что и помыслить не может разделить эту любовь еще на кого-то. Она ссорится с собственной матерью, которая пытается отстегать внука крапивой – так нельзя. Она обнимает и целует свое дитя, и спит с ним вместе, и не надышится на него, и только сейчас, задним числом осознает, как многого она сама была лишена в детстве. Она поглощена этим новым чувством полностью, все ее надежды, чаяния – все в этом ребенке. Она «живет его жизнью», его чувствами, интересами, тревогами. У них нет секретов друг о друга. С ним ей лучше, чем с кем бы то ни было другим.

И только одно плохо – он растет. Стремительно растет, и что же потом? Неужто снова одиночество? Неужто снова – пустая постель? Психоаналитики тут бы много чего сказали, про перемещенный эротизм и все такое, но мне сдается, что нет тут никакого эротизма особого. Лишь ребенок, который натерпелся одиноких ночей и больше не хочет. Настолько сильно не хочет, что у него разум отшибает. «Я не могу уснуть, пока ты не придешь». Мне кажется, у нас в 60-70-е эту фразу чаще говорили мамы детям, а не наоборот.

Что происходит с ребенком? Он не может не откликнуться на страстный запрос его матери о любви. Это вывшее его сил. Он счастливо сливается с ней, он заботится, он боится за ее здоровье. Самое ужасное – когда мама плачет, или когда у нее болит сердце. Только не это. «Хорошо, я останусь, мама. Конечно, мама, мне совсем не хочется на эти танцы». Но на самом деле хочется, ведь там любовь, самостоятельная жизнь, свобода, и обычно ребенок все-таки рвет связь, рвет больно, жестко, с кровью, потому что добровольно никто не отпустит. И уходит, унося с собой вину, а матери оставляя обиду. Ведь она «всю жизнь отдала, ночей не спала». Она вложила всю себя, без остатка, а теперь предъявляет вексель, а ребенок не желает платить. Где справедливость? Тут и наследство "железной" женщины пригождается, в ход идут скандалы, угрозы, давление. Как ни странно, это не худший вариант. Насилие порождает отпор и позволяет-таки отделиться, хоть и понеся потери.

Некоторые ведут свою роль так искусно, что ребенок просто не в силах уйти. Зависимость, вина, страх за здоровье матери привязывают тысячами прочнейших нитей, про это есть пьеса Птушкиной «Пока она умирала», по которой гораздо более легкий фильм снят, там Васильева маму играет, а Янковский – претендента на дочь. Каждый Новый год показывают, наверное, видели все. А лучший – с точки зрения матери – вариант, если дочь все же сходит ненадолго замуж и останется с ребенком. И тогда сладкое единение можно перенести на внука и длить дальше, и, если повезет, хватит до самой смерти.

И часто хватает, поскольку это поколение женщин гораздо менее здорово, они часто умирают намного раньше, чем их матери, прошедшие войну. Потому что стальной брони нет, а удары обиды разрушают сердце, ослабляют защиту от самых страшных болезней. Часто свои неполадки со здоровьем начинают использовать как неосознанную манипуляцию, а потом трудно не заиграться, и вдруг все оказывается по настоящему плохо. При этом сами они выросли без материнской внимательной нежной заботы, а значит, заботиться о себе не привыкли и не умеют, не лечатся, не умеют себя баловать, да, по большому счету, не считают себя такой уж большой ценностью, особенно если заболели и стали «бесполезны».

Но что-то мы все о женщинах, а где же мужчины? Где отцы? От кого-то же надо было детей родить?
С этим сложно. Девочка и мальчик, выросшие без отцов, создают семью. Они оба голодны на любовь и заботу. Она оба надеются получить их от партнера. Но единственная модель семьи, известная им – самодостаточная «баба с яйцами», которой, по большому счету, мужик не нужен. То есть классно, если есть, она его любит и все такое. Но по-настоящему он ни к чему, не пришей кобыле хвост, розочка на торте. «Посиди, дорогой, в сторонке, футбол посмотри, а то мешаешь полы мыть. Не играй с ребенком, ты его разгуливаешь, потом не уснет. Не трогай, ты все испортишь. Отойди, я сама» И все в таком духе. А мальчики-то тоже мамами выращены. Слушаться привыкли. Психоаналитики бы отметили еще, что с отцом за маму не конкурировали и потому мужчинами себя не почувствовали. Ну, и чисто физически в том же доме нередко присутствовала мать жены или мужа, а то и обе. А куда деваться? Поди тут побудь мужчиной

Некоторые мужчины находили выход, становясь «второй мамой». А то и единственной, потому что сама мама-то, как мы помним, «с яйцами» и железом погромыхивает. В самом хорошем варианте получалось что-то вроде папы дяди Федора: мягкий, заботливый, чуткий, все разрешающий. В промежуточном – трудоголик, который просто сбегал на работу от всего от этого. В плохом - алкоголик. Потому что мужчине, который даром не нужен своей женщине, который все время слышит только «отойди, не мешай», а через запятую «что ты за отец, ты совершенно не занимаешься детьми» (читай «не занимаешься так, как Я считаю нужным»), остается или поменять женщину – а на кого, если все вокруг примерно такие? – или уйти в забытье.

С другой стороны, сам мужчина не имеет никакой внятной модели ответственного отцовства. На их глазах или в рассказах старших множество отцов просто встали однажды утром и ушли – и больше не вернулись. Вот так вот просто. И ничего, нормально. Поэтому многие мужчины считали совершенно естественным, что, уходя из семьи, они переставали иметь к ней отношение, не общались с детьми, не помогали. Искренне считали, что ничего не должны «этой истеричке», которая осталась с их ребенком, и на каком-то глубинном уровне, может, были и правы, потому что нередко женщины просто юзали их, как осеменителей, и дети были им нужнее, чем мужики. Так что еще вопрос, кто кому должен. Обида, которую чувствовал мужчина, позволяла легко договориться с совестью и забить, а если этого не хватало, так вот ведь водка всюду продается.

Ох, эти разводы семидесятых - болезненные, жестокие, с запретом видеться с детьми, с разрывом всех отношений, с оскорблениями и обвинениями. Мучительное разочарование двух недолюбленных детей, которые так хотели любви и счастья, столько надежд возлагали друг на друга, а он/она – обманул/а, все не так, сволочь, сука, мразь… Они не умели налаживать в семье круговорот любви, каждый был голоден и хотел получать, или хотел только отдавать, но за это – власти. Они страшно боялись одиночества, но именно к нему шли, просто потому, что, кроме одиночества никогда ничего не видели.

В результате – обиды, душевные раны, еще больше разрушенное здоровье, женщины еще больше зацикливаются на детях, мужчины еще больше пьют.

У мужчин на все это накладывалась идентификация с погибшими и исчезнувшими отцами. Потому что мальчику надо, жизненно необходимо походить на отца. А что делать, если единственное, что о нем известно – что он погиб? Был очень смелым, дрался с врагами – и погиб? Или того хуже – известно только, что умер? И о нем в доме не говорят, потому что он пропал без вести, или был репрессирован? Сгинул – вот и вся информация? Что остается молодому парню, кроме суицидального поведения? Выпивка, драки, сигареты по три пачки в день, гонки на мотоциклах, работа до инфаркта. Мой отец был в молодости монтажник-высотник. Любимая фишка была – работать на высоте без страховки. Ну, и все остальное тоже, выпивка, курение, язва. Развод, конечно, и не один. В 50 лет инфаркт и смерть. Его отец пропал без вести, ушел на фронт еще до рождения сына. Неизвестно ничего, кроме имени, ни одной фотографии, ничего.

Вот в таком примерно антураже растут детки, третье уже поколение.

В моем классе больше, чем у половины детей родители были в разводе, а из тех, кто жил вместе, может быть, только в двух или трех семьях было похоже на супружеское счастье. Помню, как моя институтская подруга рассказывала, что ее родители в обнимку смотрят телевизор и целуются при этом. Ей было 18, родили ее рано, то есть родителям было 36-37. Мы все были изумлены. Ненормальные, что ли? Так не бывает!

Естественно, соответствующий набор слоганов: «Все мужики – сволочи», «Все бабы – суки», «Хорошее дело браком не назовут». А что, жизнь подтверждала. Куда ни глянь

Но случилось и хорошее. В конце 60-х матери получили возможность сидеть с детьми до года. Они больше не считались при этом тунеядками. Вот кому бы памятник поставить, так автору этого нововведения. Не знаю только, кто он. Конечно, в год все равно приходилось отдавать, и это травмировало, но это уже несопоставимо, и об этой травме в следующий раз. А так-то дети счастливо миновали самую страшную угрозу депривации, самую калечащую – до года. Ну, и обычно народ крутился еще потом, то мама отпуск возьмет, то бабушки по очереди, еще выигрывали чуток. Такая вот игра постоянная была – семья против «подступающей ночи», против «Страшной бабы», против железной пятки Родины-матери. Такие кошки-мышки.

А еще случилось хорошее – отдельно жилье стало появляться. Хрущобы пресловутые. Тоже поставим когда-нибудь памятник этим хлипким бетонным стеночкам, которые огромную роль выполнили – прикрыли наконец семью от всевидящего ока государства и общества. Хоть и слышно было все сквозь них, а все ж какая-никакая – автономия. Граница. Защита. Берлога. Шанс на восстановление.

Третье поколение начинает свою взрослую жизнь со своим набором травм, но и со своим довольно большим ресурсом. Нас любили. Пусть не так, как велят психологи, но искренне и много. У нас были отцы. Пусть пьющие и/или «подкаблучники» и/или «бросившие мать козлы» в большинстве, но у них было имя, лицо и они нас тоже по своему любили. Наши родители не были жестоки. У нас был дом, родные стены.

Не у все все одинаково, конечно, были семье более и менее счастливые и благополучные.
Но в общем и целом.

Короче, с нас причитается.
***
Итак, третье поколение. Не буду здесь жестко привязываться к годам рождения, потому что кого-то родили в 18, кого-то – в 34, чем дальше, тем больше размываются отчетливые «берега» потока. Здесь важна передача сценария, а возраст может быть от 50 до 30. Короче, внуки военного поколения, дети детей войны.

«С нас причитается» -- это, в общем, девиз третьего поколения. Поколения детей, вынужденно ставших родителями собственных родителей. В психологи такое называется «парентификация».

А что было делать? Недолюбленные дети войны распространяли вокруг столь мощные флюиды беспомощности, что не откликнуться было невозможно. Поэтому дети третьего поколения были не о годам самостоятельны и чувствовали постоянную ответственность за родителей. Детство с ключом на шее, с первого класса самостоятельно в школу – в музыкалку – в магазин, если через пустырь или гаражи – тоже ничего. Уроки сами, суп разогреть сами, мы умеем. Главное, чтобы мама не расстраивалась. Очень показательны воспоминания о детстве: «Я ничего у родителей не просила, всегда понимала, что денег мало, старалась как-то зашить, обойтись», «Я один раз очень сильно ударился головой в школе, было плохо, тошнило, но маме не сказал – боялся расстроить. Видимо, было сотрясение, и последствия есть до сих пор», «Ко мне сосед приставал, лапать пытался, то свое хозяйство показывал. Но я маме не говорила, боялась, что ей плохо с сердцем станет», «Я очень по отцу тосковал, даже плакал потихоньку. Но маме говорил, что мне хорошо и он мне совсем не нужен. Она очень зилась на него после развода». У Дины Рубинной есть такой рассказ пронзительный «Терновник». Классика: разведенная мама, шестилетний сын, самоотверженно изображающий равнодушие к отцу, которого страстно любит. Вдвоем с мамой, свернувшись калачиком, в своей маленькой берлоге против чужого зимнего мира. И это все вполне благополучные семьи, бывало и так, что дети искали пьяных отцов по канавам и на себе притаскивали домой, а мамочку из петли вытаскивали собственными руками или таблетки от нее прятали. Лет эдак в восемь.

А еще разводы, как мы помним, или жизнь в стиле кошка с собакой» (ради детей, конечно). И дети-посредники, миротворцы, которые душу готовы продать, чтобы помирить родителей, чтобы склеить снова семейное хрупкое благополучие. Не жаловаться, не обострять, не отсвечивать, а то папа рассердится, а мама заплачет, и скажет, что «лучше бы ей сдохнуть, чем так жить», а это очень страшно. Научиться предвидеть, сглаживать углы, разряжать обстановку. Быть всегда бдительным, присматривать за семьей. Ибо больше некому.

Символом поколения можно считать мальчика дядю Федора из смешного мультика. Смешной-то смешной, да не очень. Мальчик-то из всей семьи самый взрослый. А он еще и в школу не ходит, значит, семи нет. Уехал в деревню, живет там сам, но о родителях волнуется. Они только в обморок падают, капли сердечные пьют и руками беспомощно разводят.

Или помните мальчика Рому из фильма«Вам и не снилось»? Ему 16, и он единственный взрослый из всех героев фильма. Его родители – типичные «дети войны», родители девочки – «вечные подростки», учительница, бабушка… Этих утешить, тут поддержать, тех помирить, там помочь, здесь слезы вытереть. И все это на фоне причитаний взрослых, мол, рано еще для любви. Ага, а их всех нянчить – в самый раз.

Так все детство. А когда настала пора вырасти и оставить дом – муки невозможной сепарации, и вина, вина, вина, пополам со злостью, и выбор очень веселый: отделись – и это убьет мамочку, или останься и умри как личность сам.

Впрочем, если ты останешься, тебе все время будут говорить, что нужно устраивать собственную жизнь, и что ты все делаешь не так, нехорошо и неправильно, иначе уже давно была бы своя семья. При появлении любого кандидата он, естественно, оказывался бы никуда не годным, и против него начиналась бы долгая подспудная война до победного конца. Про это все столько есть фильмов и книг, что даже перечислять не буду.

Интересно, что при все при этом и сами они, и их родители воспринимали свое детство как вполне хорошее. В самом деле: дети любимые, родители живы, жизнь вполне благополучная. Впервые за долгие годы – счастливое детство без голода, эпидемий, войны и всего такого.
Ну, почти счастливое. Потому что еще были детский сад, часто с пятидневкой, и школа, и лагеря и прочие прелести советского детства, которые были кому в масть, а кому и не очень. И насилия там было немало, и унижений, а родители-то беспомощные, защитить не могли. Или даже на самом деле могли бы, но дети к ним не обращались, берегли. Я вот ни разу маме не рассказывала, что детском саду тряпкой по морде бьют и перловку через рвотные спазмы в рот пихают. Хотя теперь, задним числом, понимаю, что она бы, пожалуй, этот сад разнесла бы по камешку. Но тогда мне казалось – нельзя.

Это вечная проблема – ребенок некритичен, он не может здраво оценить реальное положение дел. Он все всегда принимает на свой счет и сильно преувеличивает. И всегда готов принести себя в жертву. Так же, как дети войны приняли обычные усталость и горе за нелюбовь, так же их дети принимали некоторую невзрослость пап и мам за полную уязвимость и беспомощность. Хотя не было этого в большинстве случаев, и вполне могли родители за детей постоять, и не рассыпались бы, не умерили от сердечного приступа. И соседа бы укоротили, и няньку, и купили бы что надо, и разрешили с папой видеться. Но – дети боялись. Преувеличивали, перестраховывались. Иногда потом, когда все раскрывалось, родители в ужасе спрашивали: «Ну, почему ты мне сказал? Да я бы, конечно…» Нет ответа. Потому что – нельзя. Так чувствовалось, и все.

Третье поколение стало поколением тревоги, вины, гиперотвественности. У всего этого были свои плюсы, именно эти люди сейчас успешны в самых разных областях, именно они умеют договариваться и учитывать разные точки зрения. Предвидеть, быть бдительными, принимать решения самостоятельно, не ждать помощи извне – сильные стороны. Беречь, заботиться, опекать.

Но есть у гиперотвественности, как у всякого «гипер» и другая сторона. Если внутреннему ребенку военных детей не хватало любви и безопасности, то внутреннему ребенку «поколения дяди Федора» не хватало детскости, беззаботности. А внутренний ребенок – он свое возьмет по-любому, он такой. Ну и берет. Именно у людей этого поколения часто наблюдается такая штука, как «агрессивно-пассивное поведение». Это значит, что в ситуации «надо, но не хочется» человек не протестует открыто: «не хочу и не буду!», но и не смиряется «ну, надо, так надо». Он всякими разными, порой весьма изобретательными способами, устраивает саботаж. Забывает, откладывает на потом, не успевает, обещает и не делает, опаздывает везде и всюду и т. п. Ох, начальники от этого воют прямо: ну, такой хороший специалист, профи, умница, талант, но такой неорганизованный

Часто люди этого поколения отмечают у себя чувство, что они старше окружающих, даже пожилых людей. И при этом сами не ощущают себя «вполне взрослыми», нет «чувства зрелости». Молодость как-то прыжком переходит в пожилой возраст. И обратно, иногда по нескольку раз в день.

Еще заметно сказываются последствия «слияния» с родителями, всего этого «жить жизнью ребенка». Многие вспоминают, что в детстве родители и/или бабушки не терпели закрытых дверей: «Ты что, что-то скрываешь?». А врезать в свою дверь защелку было равносильно «плевку в лицо матери». Ну, о том, что нормально проверить карманы, стол, портфель и прочитать личный дневник... Редко какие родители считали это неприемлемым. Про сад и школу вообще молчу, одни туалеты чего стоили, какие нафиг границы… В результате дети, выросший в ситуации постоянного нарушения границ, потом блюдут эти границы сверхревностно. Редко ходят в гости и редко приглашают к себе. Напрягает ночевка в гостях (хотя раньше это было обычным делом). Не знают соседей и не хотят знать – а вдруг те начнут в друзья набиваться? Мучительно переносят любое вынужденное соседство (например, в купе, в номере гостиницы), потому что не знают, не умеют ставить границы легко и естественно, получая при этом удовольствие от общения, и ставят «противотанковые ежи» на дальних подступах.

А что с семьей? Большинство и сейчас еще в сложных отношения со своими родителями (или их памятью), у многих не получилось с прочным браком, или получилось не с первой попытки, а только после отделения (внутреннего) от родителей.

Конечно, полученные и усвоенный в детстве установки про то, что мужики только и ждут, чтобы «поматросить и бросить», а бабы только и стремятся, что «подмять под себя», счастью в личной жизни не способствуют. Но появилась способность «выяснять отношения», слышать друг друга, договариваться. Разводы стали чаще, поскольку перестали восприниматься как катастрофа и крушение всей жизни, но они обычно менее кровавые, все чаще разведенные супруги могут потом вполне конструктивно общаться и вместе заниматься детьми.

Часто первый ребенок появлялся в быстротечном «осеменительском» браке, воспроизводилась родительская модель. Потом ребенок отдавался полностью или частично бабушке в виде «откупа», а мама получала шанс таки отделиться и начать жить своей жизнью. Кроме идеи утешить бабушку, здесь еще играет роль многократно слышанное в детстве «я на тебя жизнь положила». То есть люди выросли с установкой, что растить ребенка, даже одного – это нечто нереально сложное и героическое. Часто приходится слышать воспоминания, как тяжело было с первенцем. Даже у тех, кто родил уже в эпоху памперсов, питания в баночках, стиральных машин-автоматов и прочих прибамбасов. Не говоря уже о центральном отоплении, горячей воде и прочих благах цивилизации. «Я первое лето провела с ребенком на даче, муж приезжал только на выходные. Как же было тяжело! Я просто плакала от усталости» Дача с удобствами, ни кур, ни коровы, ни огорода, ребенок вполне здоровый, муж на машине привозит продукты и памперсы. Но как же тяжело!

А как же не тяжело, если известны заранее условия задачи: «жизнь положить, ночей не спать, здоровье угробить». Тут уж хочешь - не хочешь… Эта установка заставляет ребенка бояться и избегать. В результате мама, даже сидя с ребенком, почти с ним не общается и он откровенно тоскует. Нанимаются няни, они меняются, когда ребенок начинает к ним привязываться – ревность! – и вот уже мы получаем новый круг – депривированого, недолюбленного ребенка, чем-то очень похожего на того, военного, только войны никакой нет. Призовой забег. Посмотрите на детей в каком-нибудь дорогом пансионе полного содержания. Тики, энурез, вспышки агрессии, истерики, манипуляции. Детдом, только с английским и теннисом. А у кого нет денег на пансион, тех на детской площадке в спальном районе можно увидеть. «Куда полез, идиот, сейчас получишь, я потом стирать должна, да?» Ну, и так далее, «сил моих на тебя нет, глаза б мои тебя не видели», с неподдельной ненавистью в голосе. Почему ненависть? Так он же палач! Он же пришел, чтобы забрать жизнь, здоровье, молодость, так сама мама сказала!

Другой вариант сценария разворачивает, когда берет верх еще одна коварная установка гиперотвественных: все должно быть ПРАВИЛЬНО! Наилучшим образом! И это – отдельная песня. Рано освоившие родительскую роль «дяди Федоры» часто бывают помешаны на сознательном родительстве. Господи, если они осилили в свое время родительскую роль по отношению к собственным папе с мамой, неужели своих детей не смогут воспитать по высшему разряду? Сбалансированное питание, гимнастика для грудничков, развивающие занятия с года, английский с трех. Литература для родителей, читаем, думаем, пробуем. Быть последовательными, находить общий язык, не выходить из себя, все объяснять, ЗАНИМАТЬСЯ РЕБЕНКОМ.

И вечная тревога, привычная с детства – а вдруг что не так? А вдруг что-то не учли? а если можно было и лучше? И почему мне не хватает терпения? И что ж я за мать (отец)?

В общем, если поколение детей войны жило в уверенности, что они – прекрасные родители, каких поискать, и у их детей счастливое детство, то поколение гиперотвественных почти поголовно поражено «родительским неврозом». Они (мы) уверены, что они чего-то не учли, не доделали, мало «занимались ребенком (еще и работать посмели, и карьеру строить, матери-ехидны), они (мы) тотально не уверенны в себе как в родителях, всегда недовольны школой, врачами, обществом, всегда хотят для своих детей больше и лучше.

Несколько дней назад мне звонила знакомая – из Канады! – с тревожным вопросом: дочка в 4 года не читает, что делать? Эти тревожные глаза мам при встрече с учительницей – у моего не получаются столбики! «А-а-а, мы все умрем!», как любит говорить мой сын, представитель следующего, пофигистичного, поколения. И он еще не самый яркий, так как его спасла непроходимая лень родителей и то, что мне попалась в свое время книжка Никитиных, где говорилось прямым текстом: мамашки, не парьтесь, делайте как вам приятно и удобно и все с дитем будет хорошо. Там еще много всякого говорилось, что надо в специальные кубики играть и всяко развивать, но это я благополучно пропустила Оно само развилось до вполне приличных масштабов.

К сожалению, у многих с ленью оказалось слабовато. И родительствовали они со страшной силой и по полной программе. Результат невеселый, сейчас вал обращений с текстом «Он ничего не хочет. Лежит на диване, не работает и не учится. Сидит, уставившись в компьютер. Ни за что не желает отвечать. На все попытки поговорить огрызается.». А чего ему хотеть, если за него уже все отхотели? За что ему отвечать, если рядом родители, которых хлебом не корми – дай поотвечать за кого-нибудь? Хорошо, если просто лежит на диване, а не наркотики принимает. Не покормить недельку, так, может, встанет. Если уже принимает – все хуже.

Но это поколение еще только входит в жизнь, не будем пока на него ярлыки вешать. Жизнь покажет.

Чем дальше, чем больше размываются «берега», множатся, дробятся, причудливо преломляются последствия пережитого. Думаю, к четвертому поколению уже гораздо важнее конкретный семейный контекст, чем глобальная прошлая травма. Но нельзя не видеть, что много из сегодняшнего дня все же растет из прошлого.

http://ludmilapsyholog. livejournal. com/52399.html
http://ludmilapsyholog. livejournal. com/52649.html
http://ludmilapsyholog. livejournal. com/53418.html Читать дальше »

Категории: Материнство

удостоверение по охране труда купить в спб бланк.